Виктор Рябых: «Наполовину – точно не мое!»

Виктор Рябых: «Наполовину – точно не мое!»

14.03.2018
930

Человек много лет на виду в российском ручном мяче. Но оказалось: сколько же интересного мы о нем не знали! 58-летний Виктор Рябых, шестикратный тренер-чемпион России вместе с волгоградским "Динамо", вот уже скоро год как безработный. Но зато он дома — в родном Ростове. Авторы "Быстрого центра" напросились на встречу с Виктором Николаевичем в канун лигочемпионского матча "Ростов-Дона" и расспросили его о житье-бытье — нынешнем и прошедшем.

— Где вы сейчас? Чем занимаетесь?

— Можно сказать, отдыхаю. Все свое время уделяю семье — дочерям, внуку. Никита занимается футболом, стараюсь не пропускать его матчей. Недалеко от Ростова построили манеж, теперь проходит и полноценное зимнее первенство. Осенью был с командой внука на турнире в Сочи. В конце марта снова туда поедем. Кстати, старший сын Майи Петровой и Никита ровесники. Совсем скоро будут в одной команде. Тренер из школы Артема Петрова переходит в нашу систему ФК "Ростов" и приводит своих лучших учеников.

— О вашей семье мы почти ничего не знаем…

— Я женился на гандболистке Алле Максимцевой. Она из Брянска. Тренер Василий Похильченко пригласил ее в команду "Калининец" из Свердловска. Сначала поиграла там, а затем Леомарк Невядомский позвал уже в Ростов. Алла входила в обойму сборной Союза, Игорь Турчин вызывал ее на сборы. Она играла в Ростове много и ярко, была на слуху.

— А история вашего знакомства?

— Я тоже еще играл, был студентом. Естественно, мы следили за женской ростовской командой. Там появилась вдруг новенькая — забивала и забивала. А Невядомский практиковал игры ребят с его девчонками из "Ростсельмаша". После одной из них как-то сам собой завязался разговор, потом вызвался проводить домой...

— Вы ведь тогда были знамениты на весь Ростов своей шевелюрой...

— Ну да, кудрями природа не обделила. А еще бакенбарды были в моде. А я за модой следил. Так что прозвище Пушкин прицепилось ко мне сразу и надолго. От кого оно пошло, уже не вспомню. Но точно это из гандбола. В школе или институте меня никто так не называл.

— Вспомните команду, в которой вы состоялись как игрок.

— В ростовском "Буревестнике" хватало ярких индивидуальностей. Первым вспомню Толю Косенко, отменного левого полусреднего —кистяра во-о-от такая, сам здоровый. Его в ЦСКА потом брали на левый угол — вот это селекция была! Стали бороться где-то после тренировки по дурочке, так он руку сломал — его и отчислили. Саша Кайдалов, Петька Козловский, Вадик Ткаченко, Витя Тяпко — с этими ребятами мы играли в первенстве РСФСР по классу "А". Я был линейным. Параллельно учился в пединституте на кафедре физвоспитания.

Особых высот наш "Буревестник" не достиг. Но какая тогда была конкуренция! Запомнились команды Воронежа, Омска, Белгорода. Наш возраст — 58-59-го года рождения — был очень хорош у Волгограда и Ахтубинска. Потом и Челябинск подтянулся. Это были уже плоды работы Владимира Максимова. Будучи гостренером по РСФСР, он месяцами не жил дома, пропадал в регионах, команды поднимал одну за другой.

— В армии вы служили?

— Да, полгода "учебки" в Грозном, затем год в роте разведки недалеко от Ростова. Потом вернулся домой и стал тренером в ДЮСШ. И среди тренеров конкуренция тогда была будь здоров! Потому и дети хорошие постоянно вырастали, давали результат. Это была заводская школа "Ростсельмаша", там я работал с Ольгой Карпенко, Шурой Клименко и Любой Чижмаковой. Мне дали девочек 73-го года рождения. Первый набор был 90 человек — нагрузка огромная! Тогда, согласно положению, в каждой команде был норматив на левшей. Ну а мой 73-й, как назло, на леворуких оказался неурожайным. Все пригороды объездил, все отдаленные районы — ну хоть в лепешку расшибись, нету! Из всего набора остались только две. Приходилось выкручиваться. Кричал вратарю Наташе Мурко, чтобы мяч от ворот выбрасывала левой. Худо-бедно проходило.

Из того самого первого набора две мои девочки — Ира Калиниченко и Оля Мишула — стали чемпионками мира среди молодежи. Наташа Гончарова была капитаном сборной у Трефилова и после Ростова долго играла у него в "Ладе".

Учителя в тренерском ремесле у вас были знатные: Александр Панов, Сергей Аванесов…

— Когда Панов рвался к высотам чемпионата СССР с "Ростсельмашем", я работал еще с детьми. Прямого контакта с ним не было — Панов посторонних на занятиях не жаловал. В зале "Олимп" его команда мастеров сменяла мой молодняк. С Пановым в то время работал Юра Шибалкин из Киева, потом Игорь Еськов. По мере сил я учился у всех, перенимал опыт. А потом конкуренция обострилась, и Панов даже тренировки в "Олимпе" мне запретил. Так что я во многом вынужденно сдружился с коллегами из второй команды киевского "Спартака". Со своей ростовской командой "Микрон" сидел у них на базе под Киевом на сборах, участвовал в турнирах — это было прекрасно. Конечно, при любой возможности общался с легендарным Турчиным. Выходило, что у меня сложились теплые отношения с прямыми конкурентами "Ростсельмаша".

Панов выиграл с ростовским клубом последние чемпионаты СССР в 90-м и 91-м годах, а потом уехал работать с "Будучностью". Одновременно с Пановым ушла большая группа именитых игроков. На его место пришел Аванесов. Он взял в "Ростсельмаш" сразу нескольких гандболисток из моего "Микрона", а я стал ему помогать. Первый чемпионат России в 93-м году выиграл волгоградский "Ротор" Левона Акопяна. Ну а наш "Ростсельмаш" поквитался с главным соперником и взял титул через год.

— Ростов был и главным поставщиком игроков в сборную.

— Когда "Ростсельмаш" впервые выиграл чемпионат России, Аванесов был уже и тренером сборной. Переезжая из Баку, он забрал группу очень хороших игроков. Прежде всего отмечу левшу-полусреднюю Свету Мозговую. Элина Неудахина, Лена Калашникова тоже его ученицы. С подключением моих воспитанниц из "Микрона" получилась интересная команда. Но все резко закончилось в 95-м году, когда завод "Ростсельмаш" угодил в финансовую яму.

Аванесов знал гандбол от и до. Не было мелочей, в которые он не вникал. В Баку у него не было игроков с таким потенциалом, как в других гандбольных центрах Союза. До уровня экстра-класса он доводил их благодаря тренерской выучке и житейской мудрости. Ставил гибкую тактику, подстраивал ее под сильные качества игроков. Самый яркий пример — Мозговая, по гандбольным меркам, совсем не крупная полусредняя. Но сколько комбинаций было под нее, она свои маневры знала пошагово.

— Ваш приход к рулю "Ростсельмаша" совпал с появлением в Ростове новой команды — "Источника"?

— Аванесова подтолкнуло к уходу то, что команда остались без средств. Но, мне кажется, не меньше его подкосил уход в "Источник" Мозговой. Даже сердце прихватило, и он решил уехать в Москву. Я пришел на позицию главного тренера. Считаю, в тогдашних условиях бронза чемпионатов России в 96-м и 97-м была хорошими достижениями.

Пять лет подряд мы соперничали с "Источником". В один из сезонов он стал чемпионом, а мы были третьими. Именно эту пору — с 95-го примерно по 2000 год — считаю самой тяжелой для "Ростсельмаша". Ни власти, ни завод не выделяли денег. Заместитель гендиректора "Ростсельмаша" Анатолий Митюхин был президентом клуба, помогал, как мог. С его подачи нас поддерживали люди, которые имели хорошие доходы с продажи сельмашевских комбайнов. Мои администраторы Саша Сафин и Саша Дубровин в клубном офисе не сидели. Я им так говорил: на брюхе ползайте по всему Ростову и области с протянутой рукой, но копеечку приносите. Так у нас появилась возможность кое-где бесплатно заправлять автобус, получать скидки на покупку подарков девчонкам к 8 Марта… Сейчас это, может быть, выглядит смешно, но тогда такой была суровая правда жизни. А еще нашим ярым поклонником был директор крупного автоцентра на Западном Минченков. К нему обращался, когда положение было совсем безвыходным. Помню, пришел в кабинет и — прямым текстом: помогите, не хватает тысяч 35. Он: зелени? Я в ответ: нет, рублей! Вопрос решался в секунды — без бумаг, на доверии.

— А где корни вашей взаимной неприязни с другим ростовским тренером — Сергеем Белицким?

— В руководстве города решили объединить две команды. "Источник" фактически упраздняли. Многие девчонки вернулись в "Ростсельмаш", мы снова стали боеспособными. Белицкий работал у нас в дубле и попросту стал действовать за спиной, когда мне пришлось конфликтовать с руководством из-за жилищного вопроса. Несколько игроков остались в команде под гарантии выделения городом квартир. Но их распределили по-другому. Тогда Белицкий и игрокам что-то напел, и руководству такого наговорил, что меня с команды сняли. То есть товарищ, которого я вытащил из ниоткуда и сделал тренером, меня предал и стал на мое место. У меня даже сохранилось официальное письмо с указанием причин того увольнения. Оказывается, Рябых ходил на работу без галстука и послал куда подальше уборщицу!

Так в одночасье я остался без работы с двумя дочерьми на иждивении. Ведь еще в 96-м году у меня умерла жена…

- Но так ведь стартовал заграничный период вашей карьеры...

— У меня был приятель Бранко из Македонии. Этакий человек мира, агент, знал в гандболе всех и вся. В чемпионате России разбирался как никто из европейцев. Он и предложил мне работу в сербском городе Ниш. Нанимали меня там интересно. Знаменитый зал "Чаир", тренировка. Говорят: у тебя пять минут, чтобы определить, где первый, а где второй состав. Ну я, естественно, разобрался. И быстрее, чем за пять минут.

Со мной туда приехали три игрока. Это правая крайняя Аня Игнатченко из Майкопа, на то время уже чемпионка мира-2001, Ира Калиниченко из македонского "Кометала" и Оля Мишула. Тогда еще проходил чемпионат единой Югославии, и при наличии "Будучности" стать первым было просто нереально. Но "Ниш" с ходу взял серебро, чего не случалось за тридцать лет клубной истории. В Сербии проработал два года, и ни о чем не жалею. Тяжелее всего пришлось младшей дочери — экзамены за девятый и десятый классы она сдавала экстерном.

А меня почти сразу после Ниша пригласили в запорожский "Мотор". Поехал с удовольствием: удобно, до дома всего 400 километров. Там тоже довелось проработать два года. Оба сезона "Мотор" закончил чемпионом.

У меня всегда была мечта: оказаться на Олимпиаде, причем хоть как — пусть в виде чемодана! И вот на Игры-2004 в Афины в сборную Украины к Леониду Ратнеру попадали то ли семь, то ли восемь гандболисток "Мотора". Кстати, среди них натурализованные россиянки Анна Бурмистрова и Людмила Шевченко — наши ростовские девочки. Гражданство украинское им сделали мигом. Я тоже попал тогда в Грецию. Глава правления завода авиадвигателей "Мотор Сич" Богуслаев оплатил всю поездку. Жил я в каюте на верхней палубе океанского лайнера. Как в сказку попал! Билеты на весь гандбол — женский плюс мужской. По возможности бегал и на все игровые виды: баскетбол, волейбол, водное поло. Уходил с корабля на берег в десять утра, возвращался часа в два-три ночи.

Не знаю почему, но в "Моторе" никто долго не задерживался. Так и со мной вышло. Перед этим Слава Кириленко работал. Он вообще родом из Запорожья, но и ему только полтора года отвели...

— Учим дальше географию. Куда вас после Украины забросило?

— Не поверите — в Казахстан! Сижу по осени на донской рыбалке, отдыхаю после запорожской отставки. Звонок! Министерство спорта Казахстана — с вами будет говорить министр Турлыханов. Узнаю, что должен быть в Алма-Ате через полтора дня — какими угодно путями. Тогда казахстанцы поставили задачу: приглашать серьезных иностранных тренеров на олимпийские дисциплины. Одним самолетом со мной прилетел Владимир Кондра, известный волейбольный тренер. Задача — готовить сборную Казахстана к Олимпиаде в Пекине. Практически все мои желания, все трансферы игроков из России исполнялись беспрекословно. С нуля создали команду в Уральске недалеко от границы с Самарской областью, да еще с перепуга чемпионат Казахстана чуть не выиграли! В сборной тогда главным был кореец, но проработал я там совсем недолго.

А вот следующая глава моей биографии вас вообще удивит. Я увез из Казахстана очень перспективную гандболистку. Сначала попробовал устроить в "Мотор" — не вышло. Тогда напрямую обратился к Трефилову и повез ее в Звенигород. Встретился там с мэром Леонидом Ставицким, который тогда курировал "Звезду". Тот предложил мне контракт, и я работал вместе с Александром Овсянниковым и Светланой Андрюшиной со второй командой. Жили безвылазно на базе "Горизонт", как и первая команда. Тогда все было заточено под сборную и Олимпиаду в Пекине.

— Как вы все успевали?!

— Совсем скоро поехал уже в Черногорию! Волгоградское "Динамо" с Акопяном осенью 2007 года вышло в Кубке ЕГФ на команду из Никшича. Ее главный спонсор Йово Яукович искал тренера. И Лева посоветовал меня. Приехал, переговорили. Йово сказал, что нужен координатор для подготовки команд всех возрастов.

Черногорцы — потрясающая нация. Ментально там все поголовно спортсмены, настоящие игровики. Обучение совсем другое. В России тренеры вкладывают в учеников намного больше, чем на Балканах. Но там дети уже от природы спортивные.

Йово попросил привезти литературу для тренеров. Я захватил целую библиотеку. Говорю: надо бы отдать на перевод. А он: не надо, пусть русский учат. Яукович ведь еще и папа известной полусредней Джурджины. Она и ее тезка Малович попали ко мне десятилетними. Йово мечтал, чтобы его дочка доросла до сборной. Уже тогда видел у нее большие задатки. Без ложной скромности считаю обеих Джурджин своими воспитанницами, хотя и поработали мы чуть больше полугода. Жаль, Йово не дожил до дебюта дочери в сборной — разбился в автокатастрофе. У меня и с Драганом Аджичем, много лет работавшим в "Будучности" и сборной Черногории, отличные отношения.

— Славные динамовские страницы вашего досье пока пролистываем. Сразу вопрос: как удалось заманить вас в штаб сборной России в 2015 году?

— Ну так вспомните то злополучное письмо, где игроки отказывались приезжать в сборную, руководимую Трефиловым. А на кону были стыки с немками за попадание на чемпионат мира. Сначала позвонил Максимов: сборная сможет без отказниц обыграть Германию? Почему он ко мне обратился? "Динамо" тогда было еще на плаву, мы в Лиге чемпионов разобрались и с "Лейпцигом", и с "Тюрингером". То есть предлагали помочь сборной с упором на моих динамовок. Переговорил с Кочетовой — она ведь тоже отказывалась в сборную ехать. Аня дала добро, а потом просто шикарно сыграла оба тех матча, помогла команде выйти на "мир".

А перед тем чемпионатом в Дании уже был сформирован расширенный штаб. На всех матчах Акопян, Паша Сукосян и я сидели на трибуне прямо за скамейкой сборной. И всю подготовку перед этим отработали. В олимпийском 2016-м все тоже было по полной программе: олимпийская квалификация в Астрахани, летний трехнедельный сбор в Сочи. Но в выездной список я не попал. Причин никто так и не объяснил.

— У вас был в той сборной конкретный круг обязанностей?

— В игровых ситуациях, как правило, корректировал оборону. Самое главное мое впечатление — это потрясающая, всепоглощающая заряженность девчонок на Олимпиаду. Они знали, к чему хотят прийти. Ведь для многих это был последний шанс в карьере.

— Вот теперь о волгоградском "Динамо". Согласитесь, что в наследство от Вячеслава Кириленко получили команду, готовую к большим делам?

— Она была на ходу, хорошо укомплектована, только выиграла Кубок ЕГФ. Но в чемпионате России чего-то все время не хватало: то против "Лады", то против "Звезды". Несомненно, Седойкина, Кочетова, Левина как игроки уже сформировались, Хмырова — в меньшей степени. В их становлении как первоклассных мастеров главная заслуга Акопяна. Но не забывайте, что надо было выводить на нужный уровень совсем молодых Макееву, Степанову, Авдекову, Милову. Считаю, вложил немало.

Вспомните эпический финал чемпионата России в 2009 году. Он принес "Динамо" первое при вас чемпионство. Но был омрачен дракой со "Звездой".

— На ответный поединок в Волгограде наши соперницы вышли изначально заведенными. Дело в том, что в первом матче мяч дважды попал в лицо вратарю "Звезды" Инне Суслиной. Но кто тогда бросал? Оля Левина, которая в жизни и мухи не обидит. Она не поступала так намеренно. А "Звезда" сразу принялась грубить в гостях. С красными карточками ушли на трибуну Поленова и Дмитриева. И оттуда, где они сидели, потом плескали на площадку водой. Гости понимали, что проигрывают, и, видимо, решили сорвать игру. За две минуты до конца Трефилов в тайм-ауте скомандовал просто бить наших игроков. Королева за короткое время дважды ударила Илюхину, и божий одуванчик Лена настолько озверела, что загнала мощную соперницу в шестиметровую зону. И тогда началась драка: не успел голову повернуть, а у меня уже пустая скамейка, все на площадке. "Звезда" после той заварухи не вышла на награждение. А совсем скоро этой команды в прежнем виде не стало.

— Потом для вас особыми стали решающие матчи с командой ваших ростовских землячек.

— Это точно! Вспоминаю 2012 год. Финальная серия. В выездном матче мы из-за травм потеряли разом Левину и Кочетову. Я прямо в Ростове повез их в больницу и обеих забрал в гипсе. А через два дня — решающий матч в Волгограде. Вот тогда завелись наши хохлушки! Это надо было видеть: Подпалова, Яценко и Борщенко выдали потрясающий матч. Они до игры приготовили майки с надписью "Непобедимые" для всей команды. Там была чисто украинская победа. Рассказываю, а у самого мурашки по телу.

Или 2013 год. Тогда выиграли в Ростове. Там соперниками были уже закуплены и ящики с шампанским, и майки золотых цветов, и Розенбаум сидел в ложе — специально под праздничный концерт. Я специально не проводил привычной установки. Просто на собрании прочитал команде стихотворение:

Я не хочу наполовину солнца, мне половина неба ни к чему...

Наполовину песня оборвется, любви наполовину не приму!

Наполовину вместе — значит порознь.

Наполовину искренность — вранье!

Наполовину смелость — значит подлость.

Наполовину — это точно не мое!

Так потом девчонок было на площадке не удержать, и я искренне ликовал. Выиграть финал в Ростове для меня было, конечно, особенным удовольствием. После награждения повез команду на левый берег Дона, в свой любимый ресторан. Праздновали там от души, потом гульбанили по дороге домой и еще двое суток отмечали чемпионство в Волгограде.

— Сразу ваша больная тема: почему из Волгограда ушли?

— Не видел перспективы. Невозможно было сохранить тех, кто был. Нереально пригласить новичков. Беспросветность. Так работать не могу. Если я не в призах, то сезон прошел впустую.

— Конфликтовали с игроками?

— Нет! Это было спровоцировано со стороны. Работали персонально с девочками и их родителями. Все в интересах "Кубани". Причем уже обескровленное "Динамо" успело дважды обыграть ту "Кубань" Трефилова. А я решил, что ухожу, еще в декабре. Долго меня держал интерес сделать чемпионок из пришедшей молодежи: Голиковой, Фроловой, Вернигоровой, Марковой, Ганичевой, Кушнырь, Сусловой, Титовской. Но потом стало просто невыносимо.

— Вы — жесткий тренер?

— Нет. Когда-то давно, когда работал еще в Ростове, а "Ростсельмашем" руководил Панов, сам себе задавал вопрос: неужели результата можно достичь только жесткостью, криком, оскорблениями? С годами доказал — себе, в том числе: можно идти к успеху по-другому. С помощью контакта, на взаимном доверии.

Кого-то из подопечных было жаль потерять для гандбола раньше времени

— Ксюшу Милову. Она только восстановилась после "крестов" и снова заиграла здорово. Высокая, мощная, подвижная… И на тренировке снова полетели "кресты" — на другом колене. Пытался вернуть ее и после той травмы. Но она физически не смогла. Сейчас в Москве, вышла замуж за ватерполиста.

С девчонками нынешнего "Динамо" у меня постоянный контакт. Когда они приезжали на игру в Ростов, заехал в гостиницу. Команда спустилась всем составом, очень тепло пообщались.

— По работе скучаете?

— Вроде и отдыхаю сейчас, но из процесса не выпадаю. Смотрю много гандбола: все игры "Динамо", центральные матчи Суперлиги. В обязательном порядке — еврокубки: и мужские, и женские.

— Что сегодня для вас сложнее всего?

— Уже 21 год, как ушла из жизни жена. В Волгограде работал девять лет безвылазно, просто устал от одиночества. А сейчас мне комфортно и хорошо. Быть дома — это наслаждение. Как представлю, что пригласят куда-то уехать, плохо становится. Не от предчувствия работы, а от того, что снова буду один.

Вы столько лет живете вдовцом. Дочери стали взрослыми уже без мамы. Любовь была единственной в жизни?

— После смерти целый год каждый вечер укладывал девочек спать — и плакал. Иногда ночью уезжал в бар "Интуриста" — побыть среди людей, не оставаться в одиночестве. Очень долго не мог смотреть советские фильмы или слушать лирические песни. Любая сцена, любое слово, любая деталь напоминали об Алле…

Источник: Сергей Приголовкин, Артём Шмельков, Гандбол. Быстрый центр

930
Гандбольные команды Суперлиги

Мужчины

{{team.Name}}
{{team.Name}}

Женщины

{{team.Name}}
{{team.Name}}