Екатерина Маренникова: «Победа на чемпионате мира в Санкт-Петербурге - главное достижение в моей карьере»

Екатерина Маренникова: «Победа на чемпионате мира в Санкт-Петербурге - главное достижение в моей карьере»

13.03.2019
838

Последнее достижение в ее игровой карьере было и самым громким — победа на Олимпиаде в Рио. Вскоре она перестала играть. А этой зимой вернулась в большой гандбол.

В декабре Екатерина Маренникова вошла в группу звездной поддержки сборной России на чемпионате Европы. А примерно месяц назад стала тренером в тольяттинской "Ладе".

— Как это было? Первые ощущения в новой роли?
— Помогать девочкам мне предложил директор клуба Магомедрасул Батталов. Попробовала — и мне понравилось. Игрокам — тоже. И вот результат: активно осваиваю роль ассистента рулевого.

Выходит, двух лет без гандбола хватило, чтобы по нему соскучиться?
— О нет! Если бы не то предложение, так и занималась бы дома ребенком и семьей. Оно стало полной неожиданностью. Ха, видимо, на этом и попалась! И вот втянулась. Стараюсь во всем помогать Александру Хомутову.

— Похоже, хорошей репетицией этого вашего возвращения стал чемпионат Европы. Там вы с Ириной Близновой и Марией Сидоровой стали, можно сказать, частью команды...
— Пожалуй, да. Та поездка во Францию помогла взглянуть на игру по-новому, с иной стороны. Когда начальник сборной Маша Сидорова пригласила быть на чемпионате рядом с командой, откликнулась с удовольствием. Как мы поняли, идея привлечь меня и Иру Близнову к поддержке сборной принадлежала президенту нашей федерации Сергею Николаевича Шишкареву. А Евгений Васильевич Трефилов ее поддержал. Мы получили специальные аккредитации. Эта миссия была приятной и очень ответственной.

— В чем конкретно она заключалась?
— Мы присутствовали на тренировках, командных собраниях и разборах матчей. Не скажу, что были активными участниками обсуждений. Старались не быть назойливыми. По себе знаю: когда настраиваешься на матчи, лишние советы и наставления могут раздражать. Хотя, конечно, персонально девочкам многое подсказывали. Они реагировали на это хорошо. Большое спасибо, что приняли нас в новом качестве.
Оказалось, следить за командой со стороны не менее интересно, чем играть на площадке. Сначала вообще не осознавала, что я на турнире в новой роли. Пару раз даже на рефлексе спросила у Сидоровой: а игровую форму на тренировку брать? Мне хочется верить, что в том серебряном успехе есть капля и наших стараний. Мы видели и знаем, как тяжело было добыть ту медаль, как потрудились для этого тренеры и игроки. Большое спасибо им за тот результат.

— До сих пор не покидает ощущение, что ваша карьера завершилась незаслуженно тихо и как-то буднично...
— Предполагала сразу после Олимпиады, что сезон в "Кубани" будет для меня последним. Хотя не могла сказать об этом наверняка. Ведь как бывает: каждый год думаешь, что финишируешь, а на самом деле играешь еще лет десять, пока не получаешь четкого сигнала: это точка! В моем случае обострилась старая травма колена. Не смогла доиграть тогда матч. А после МРТ врачи сказали, что у меня фактически нет крестообразной связки. И поняла, что это все, пора завершать карьеру. А то, что это произошло незаметно, объяснимо. Сезон продолжался, все внимание было приковано к нему. Мне же сделали операцию на колене, после чего в зал уже не возвращалась.

— Как давалось прощание с профессиональным спортом?
— Не могу сказать, что сильно расстроилась и не спала ночами. Если бы чувствовала, что недоиграла и что-то недоделала, то, наверное, испытывала бы сожаление. Но спасибо тренерам: меня взяли на Олимпиаду в Рио, которую мы выиграли. В спорте я достигла пика, к которому каждый стремится. Так что морально к уходу готова была. Думала: еще год, максимум два, и нужно посвятить себя семье. Времени на переживания или какие-то обдумывания ситуации вообще не было — у ребенка как раз был первый класс в школе. Естественно, поменялись график и режим дня. Там не стало тренировок и матчей. Но к этому привыкла очень быстро.

— Наверняка стали возможны занятия, на которые раньше просто не хватало времени?
— Да. Например, полноценный летний отпуск! С семьей Тани Ерохиной мы съездили в Грузию, о чем давно мечтали. Просто сели в машины и отправились в путешествие. А еще теперь можно выбраться на рыбалку, просто погулять. При этом не скажу, что спорта в моей жизни на время не стало. Мы ходили в тренажерный зал и получали нагрузки. Регулярно посещала "Олимп" в дни важных матчей "Лады", оставалась в курсе событий в российском гандболе.

— Не рассматривали вариант возвращения в родной Санкт-Петербург?
— В Тольятти мы уже обжились. Сын ходил здесь в детский сад, и мы уже знали, в какой школе он будет учиться. А еще я понимала, что когда-нибудь устану отдыхать от гандбола, захочу и начну работать — либо в "Ладе", либо в детско-юношеской спортивной школе. В этом плане в Санкт-Петербурге возможностей гораздо меньше. К сожалению, там уже нет женской профессиональной команды. А в одиночку делать что-то сложно, нужна поддержка. Связи с Питером, конечно, не теряю. Там у меня мама, родственники, друзья. Но в Тольятти есть "Лада", гандбольное окружение. Нас все здесь устраивает.

— Верно, что вопрос выбора вида спорта перед вами не стоял, потому что ваша мама — гандбольный тренер?
— Она и была моей первой наставницей. Правда, я пробовала ходить на плавание, занималась большим теннисом. Но, видимо, гандбол был мне предписан свыше. Все сошлось: мама как раз вела набор детей 1982 года рождения. Но я начала заниматься даже раньше, еще со старшей группой. Так что, когда собрали команду моего возраста, была уже в теме, знала, что и как делать.

— Быть дочерью тренера...
— ...очень непросто. Чувствуешь повышенную ответственность — и во время матчей, и вне площадки. Конечно, мама очень помогла моей профессиональной карьере. Даже когда я повзрослела, мы разбирали с ней каждый матч: как я защищалась, как бросала. В этом были плюсы. У тренера в команде много игроков, а мама фокусировалась на моих действиях. Так что любой сеанс связи по телефону начинался с разбора полетов, и только за ним шли обычные вопросы про другие дела. Это продолжалось до завершения моей карьеры.
Мама всегда была рядом, приезжала в Звенигород и Краснодар, когда я играла там. Она и сейчас смотрит множество матчей в интернете, следит за командами и игроками. Гандбол для нее — такая же жизнь, как и для меня.

— Назовете главное событие в вашей карьере?
— Не раз это делала и снова повторю. Какими бы значимыми для меня ни были Игры в Рио и олимпийское золото, на первое место ставлю победный чемпионат мира 2005 года в Санкт-Петербурге. Это был первый для меня такой турнир, да еще и проходил он в моем городе. Не забыть эмоций финала против румынок в заполненном Ледовом дворце. Все пели гимн России. А когда на площадке появлялась я, фанаты "Зенита" затягивали "Катюшу". Это незабываемо!
Тогда о гандболе в Питере знали немногие. Мы даже сомневались, стоило ли планировать игры чемпионата мира в таком большом зале. Но с каждым нашим матчем болельщиков становилось все больше. И они здорово нас поддерживали. Знаю многих питерцев, кто именно тогда попал на гандбол впервые, а потом стал за ним следить, смотреть игры, болеть за сборную.

— Жаль только, что толчка развитию гандбола в Санкт-Петербурге тот бум не дал. Есть ощущение, что гандбола в городе сейчас остро не хватает...
— Соглашусь. А ведь там очень хорошая гандбольная школа. Если проанализировать теперешние составы команд Суперлиги, в них найдется немало игроков, которые воспитаны в городе на Неве, но вынуждены были уехать. И все чаще можно слышать от родителей: ну, отдадим мы ребенка в гандбол, а где он будет играть, когда подрастет? Число занимающихся нашим видом естественным образом сокращается. В то время как гандбольные школы в Тольятти, Волгограде развиваются. Петербуржцам все сложнее составлять им конкуренцию.

— Помните, как разваливался "Трэмп-Спартак"?
— Я уехала в Тольятти примерно за год до того, как в команде стало совсем плохо. Тренер Михаил Яковлев не мог все тянуть на себе в одиночку. Помощи не было ни от городских властей, ни вообще от кого-либо. Как только возможности иссякли, со взрослым женским гандболом в Петербурге было покончено.

— Самый важный наставник в вашей гандбольной судьбе?
— Такого и нет. Каждый тренер был важен на разных этапах моей карьеры. Если бы не мамина школа в детстве, я не попала бы в профессиональный клуб. Если бы науку не продолжил в "Спартаке" Михаил Яковлев, вряд ли оказалась бы в "Ладе" у Трефилова, а затем и в сборной.

— О чем в своей карьере сожалеете?
— Думаю, реализовала способности в полной мере. Вот только бы травмы еще исключить! Из-за них пропустила несколько важных стартов, лишь раз попала на мировой чемпионат. К сожалению, не удалось завоевать золото на чемпионате Европы — этот турнир россиянкам никак не покорится. Вот рубеж для нового поколения.

— Часто вспоминаете олимпийский Рио?
— Если бы завершила карьеру сразу, на фоне этой эйфории, то, наверное, эмоции не остывали бы гораздо дольше. Но тогда почти сразу после Игр начался сезон, нужно было переключаться на чемпионат России и Кубок ЕГФ. Хотя, конечно, Олимпиаду вспоминаем. В годовщины финала перезванивались, поздравляли друг дружку. Очень приятно, что болельщики до сего дня пишут теплые слова и благодарят за ту победу в соцсетях.

— Разделяете мнение многих, что на той Олимпиаде мы увидели нетипичного Трефилова?
— Евгений Васильевич и впрямь был менее эмоциональным, чем обычно. Почему? Думаю, на Олимпиаде у нас все неплохо получалось, был результат. Поэтому Трефилову и не требовалось повышать голос. Команда у нас там подобралась очень хорошая. Некоторые матчи складывались неудачно, но мы переворачивали их ход. И это только добавляло уверенности, что мы можем направлять игру в нужное русло. Трефилов это видел и понимал, что команда не поддастся панике, а будет спокойно делать работу, что бы ни происходило на площадке.

— Тот успех оставил в вас ощущение большого свершения? Почувствовали, что теперь на особом счету в стране?
— Особенно по прилете в Москву, где задержались на несколько дней. Помню, поспали всего несколько часов, а уже наутро нас ждал большой медиа-день — сразу несколько интервью в разных редакциях. Были еще и торжественные приемы, встречи. Все вокруг восхищались, говорили, какое большое дело мы сделали. Пожалуй, только тогда в полной мере почувствовали значимость олимпийской победы. Потому что сами не воспринимали тот результат как сверхъестественный. Мы ведь изначально ехали в Рио за медалями. И просто хорошо сделали свою работу. Возможно, нашей победе удивились люди, которые в нас не верили.

— Теперь о ней можно снять фильм наподобие знаменитого "Движения вверх". О такой идее все чаще говорят.
— Мы еще не привыкли к такому массовому вниманию. И порой его даже стесняемся. Но, раз так о нас говорят, значит, заслужили. А если удастся воплотить в жизнь идею фильма, это принесет одни плюсы. Кто знает, может, с помощью кино в том же Санкт-Петербурге вспомнят, что есть такой замечательный вид спорта, традиции которого стоит возродить?

— Но пока вернемся в Тольятти. С каким настроением "Лада" подходит к "финалу четырех" Кубка России и плей-офф Суперлиги?
— Само собой, со всей серьезностью. Понятно, что команда превосходит в классе "Университет" — соперника по первому раунду плей-офф. Поэтому встречи с ним можно рассматривать как подготовку к более серьезным играм. Настраиваемся на тяжелую работу. Конечно же, очень хочется выиграть чемпионство и вернуть в Тольятти золото. Его не было здесь давно.
Пусть "Ростов-Дон" и главный фаворит, но у него очень напряженный график. И, естественно, к решающим играм команда может устать. С другой стороны, у ростовчанок есть возможность заиграть еще лучше. Но сдаваться им раньше времени никто не собирается. Возможно, нам надо будет особым образом настраивать команду психологически. Когда до конца сезона остается совсем чуть-чуть, нужно сплотиться, чтобы выдать финиш на максимуме.

Андрей Островский, Гандбол. Быстрый центр 

838
Гандбольные команды Суперлиги

Мужчины

{{team.Name}}
{{team.Name}}

Женщины

{{team.Name}}
{{team.Name}}