Виктор Поладенко: «Тренд нынешнего гандбола – сохранить здоровье игроков»

Виктор Поладенко: «Тренд нынешнего гандбола – сохранить здоровье игроков»

22.02.2019
1715

Интервью вице-президента ФГР о современных тенденциях и тонкостях работы гандбольных арбитров.

На прошедших недавно чемпионате Европы среди женщин и мужском чемпионате мира как всегда активно обсуждалась тема судейства. Даже игроки и тренеры не раз признавались, что порой не понимают решений арбитров и удивляются новым трактовкам некоторых эпизодов. При этом от руководителей европейской и международной федераций гандбола работа рефери получила в общем высокие оценки.

О нюансах работы арбитров, трактовках правил и новых тенденций в судействе в большом интервью «Быстрому центру» рассказал вице-президент Федерации гандбола России Виктор Поладенко, регулярно работающий официальным представителем на турнирах под эгидой ИГФ и ЕГФ.

  

– За нарушения около шестиметровой линии в ситуациях, когда не было явной угрозы воротам сейчас дают девятиметровые, иногда с удалением. Принцип «семь или ничего» ушел в прошлое?
– Его фактически и не было, хотя многие, прежде игравшие в гандбол, так действительно рассуждают. Семиметровый дается за нарушение правил при явной угрозе взятия ворот. Когда игрок угрожает голом от шестиметровой линии, то к пенальти ведет любой фол против него. То же можно сказать о нарушении против линейного, находящегося в голевой позиции, когда тот может получить мяч и оказаться перед вратарем, а ему сделать это мешают. Это также расценивается как срыв голевой ситуации и ведет к пенальти.
Много фолов сейчас совершают на семи-восьми метрах. Если это не явная голевая угроза, арбитры принимают решение о свободном броске. А дальше наказания фиксируются прогрессивно, по нарастающей шкале строгости – от предупреждения до дисквалификации.
Раньше необходимо было показать команде три желтые карточки и только потом удалять ее гандболиста на две минуты. Теперь все зависит от тяжести нарушения. Игрок уже на первых секундах может получить и двухминутный штраф, и прямую красную карточку.

– Изменилось ли что-то в трактовке касаний сбоку?
– Сегодня критерий такой: если защитник успел занять позицию первым, то прав он. Если же нападающий идет в открытое пространство, а защитники играют против него сбоку, то эпизод судится в пользу атаки.

– А если исполняется бросок с угла? Там даже малейшее касание ведет порой к двойному наказанию…
– Ситуация, когда крайний защитник успел занять позицию, стал неподвижно, а нападающий пошел прямо на него, трактуется в пользу игрока обороны. Но при обоюдном их движении любой контакт всегда оценивается в пользу нападающего.
Тренд нынешнего гандбола – сохранить здоровье игроков. Поэтому защитник не имеет права никаким образом воздействовать на соперника, который пытается забросить мяч в полете. Любое касание в воздухе будет наказываться прогрессивно.
Здесь есть еще важный нюанс. Защитник прибежал на фланг, занял позицию, нападающий в него воткнулся, но судья назначает семиметровый. Почему? Потому что арбитр увидел, что оборонявшийся игрок пробежал через шестиметровую зону, выигрывая тем самым пространство. Такой случай судится уже в пользу атаки.

– Игрок идет в «прорезку». И не всегда понятно, успели защитники перед ним сомкнуться или опоздали. Есть ли указания, когда давать «в игрока», а когда – пенальти?
– Непосредственно для такой игровой ситуации дополнительных рекомендаций нет. Здесь критерий тот же: кто раньше занял позицию? Да и случаи разные бывают. Одно дело, когда игрок с мячом видит пространство между обороняющимися, которые просто стоят, и пытается в него нырнуть. И совсем другое, когда при этом они двигаются, пытаясь сдержать нападающего с помощью рук. В правилах четко указано, что допустимо как для защитника, так и для нападающего. И для верной трактовки эпизода необходимо определить, кто нарушил правила первым.

– Нужно ли строже карать хватающих соперника за майку?
– Если проследить за соперничеством линейного и защитника, то мы увидим: все без исключения используют майку соперника как подручное средство. Линейный делает это, чтобы освободить пространство для партнеров. А центральный защитник пытается таким образом сдержать опекаемого. Задача судей – определить, кто первым сыграл неверно. Если это был нападающий, то дается свободный в сторону его команды. Фол защитника влечет прогрессивное наказание.

– Еще недавно линейных строго карали за заслоны при широко расставленных ногах и с раскинутыми руками. Сейчас такие действия снова в ходу. Это линейные приспособились к новым правилам, или судьи дали им послабление?
– Послаблений никто не давал. Наоборот, перед всеми топ-соревнованиями и на судейских семинарах обращают особое внимание на игру линейных. Ноги не должны быть расставлены шире плеч. Нельзя отставить назад пятую точку. Нельзя широко разводить руки, используя это как преимущество в борьбе.
Но команды все чаще практикуют атаку с двумя линейными. Один из них играет правильно, а второй – нет. Судья у ворот физически не может усмотреть за обоими. Сейчас смонтировано много методических роликов для арбитров, в которых разбирается такая взаимовыручка двух линейных, когда один создает выгоды для другого.
Кстати, подобное взаимодействие необходимо и судьям. Иногда одному стоит переключать внимание от движения мяча, чтобы заметить грубость.

– Есть ли рекомендации касательно фиксации приземления в шестиметровой зоне до броска? Иногда это выглядит так: судьи просто не хотят портить красивую комбинацию и закрывают глаза на нарушение.
– Приземление раньше броска больше характерно для женского гандбола в силу «физики». Все же мужчины прыгают намного выше, летят дольше и чуть ли не до середины вратарской площади, откуда и поражают ворота.
Проблема действительно есть. И заключена она в ограниченных возможностях нашего зрения. Гораздо проще увидеть приземление, находясь на противоположной стороне площадки. Когда же игрок прыгает рядом с арбитром, тот сначала смотрит на его ногу, чтобы разглядеть, был ли заступ. Затем он переводит взгляд вверх, на действия защитников, чтобы понять, была ли игра в мяч или в руку нападающего. А потом чаще всего уже не хватает реакции, чтобы снова опустить взгляд и проконтролировать приземление. И если оно было, то надо еще понять причину – по собственной неосторожности или вследствие борьбы с опекуном?
В таких случаях судьи должны подсказывать друг другу. Тем более что у них есть аудиосвязь. Если такого взаимодействия не происходит, велика вероятность, что арбитр, находящийся ближе к эпизоду, ошибется.

– Поговорим о работе официальных лиц. Имеет ли право инспектор матча прервать игру и посмотреть запись спорного момента?
– Ему такого права не дано. Он отвечает за работу судейского столика, поведение на скамейках. И должен информировать судей о своих решениях, которые могут привести к подаче протеста. Но его мнение только консультативное. Игру все равно ведут арбитры.
В регламентах соревнований подробно расписано, кто, когда и по какому поводу может прервать игру для видеопросмотра. Есть различия в турнирах под эгидой ИГФ и ЕГФ. На крупных турнирах, проводимых Международной федерацией гандбола, предусмотрено гораздо больше поводов для пересмотра эпизодов. Шесть опций касаются судей, четыре – технических делегатов. Но это делается не на их усмотрение, а строго в рамках зоны ответственности.

– Сейчас на топ-турнирах работают целые бригады. Арбитры, делегат, видеорефери. А кто-то контролируют работу судей?
– Да, сейчас на чемпионатах мира у двух рефери есть еще пять помощников. Двое находятся за столом. Сидящий слева контролирует судью-секретаря, сидящий справа – судью-хронометриста. Еще один сидит сзади и наблюдает за ходом матча в целом, может подсказать судьям ситуации, когда необходимо остановить игру. Четвертый член бригады базируется рядом с системой видеоповторов и делает нарезки спорных эпизодов. А пятый смотрит исключительно за работой арбитров, потом ее анализирует и дает общую оценку.

– На недавнем женском чемпионате Европы был скандал, когда сербский делегат ЕГФ весь матч прессинговала норвежскую скамейку после бурного празднования голов. Она права? Гандбол – игра эмоциональная, а реакция запасных – лакомство для телекамер.
– За два дня до крупных соревнований происходит общая встреча технических делегатов и судей. И инспекторам даются рекомендации по работе со скамейкой запасных. Алгоритм действий и критерии дозволенности оговариваются на весь турнир.
Если команда выражает радость после заброшенного мяча или вратарского сэйва, запасным разрешено приподняться. Строго отведенного времени на празднование нет. Но быть на ногах 30-40 секунд – это чересчур. Нельзя бурно реагировать на судейские решения. Подобное сначала наказывается замечанием. При повторении в ход идет принцип прогрессивного наказания.
Если одна команда ведет с большим отрывом и в концовке фактически начинает праздновать победу, судьи могут и закрыть на это глаза. Но, если борьба идет мяч в мяч, то надо заставить запасных присесть. Ведь в правилах указано, что стоять гандболисты могут только за скамейкой в зоне разминки. А из официальных лиц команды не сидеть может лишь один.

– Вы упомянули общие судейские собрания. А кто доводит до команд изложенные там рекомендации и новации?
– Все недавние изменения в гандбольных правилах делались не по желанию судей. Это совместный труд трех комиссий: тренерской, судейской и организационной.
Ведущие тренеры мира объединились для выработки предложений, чтобы сделать гандбол более быстрым, атлетичным и зрелищным. Например, правила шести передач при «пассиве» и игры с лишним полевым игроком были предложены тренерской комиссией.
Перед стартом турнира проводятся встречи тренеров в каждой группе, где представители судейского комитета доводят до них критерии, по которым на турнире будут оцениваться действия игроков. Это практика последних лет. Принципы работы арбитров разъясняют всем наставникам. Но многое зависит от того, кто как их понимает.

Денис Козлов, «Быстрый центр»
Фото: «Ростов-Дон», IHF

1715
Читайте также
Гандбольные команды Суперлиги

Мужчины

{{team.Name}}
{{team.Name}}

Женщины

{{team.Name}}
{{team.Name}}