Михаил Луценко: «Десять лет в сборной СССР Турчина считаю лучшими в жизни»

Михаил Луценко: «Десять лет в сборной СССР Турчина считаю лучшими в жизни»

22.01.2019
504

Каким был гандбол в Москве 70-х? Как играла и тренировалась женская сборная СССР времен легендарного Игоря Турчина? Мы готовы предложить очередного отменного рассказчика!

Михаил Андреевич Луценко похож на героя фильма о настоящем советском человеке. Разумеется, на героя главного — с правильными чертами лица, трезвым взглядом на жизнь и непоколебимой жизненной позицией, смысл которой в служении людям.

Он был неоднократным чемпионом СССР и участником первого олимпийского турнира в истории советского гандбола. В роли второго тренера помогал готовить женскую сборную легендарному Игорю Турчину и выиграл с ним золото Олимпиад и чемпионатов мира. Затем работал начальником национальных сборных СССР, а затем и России. На такой должности трудится и сегодня.

Выбирая время для интервью, он проговаривает распорядок воскресного дня. "В семь утра отвожу человека в аэропорт. Потом еду в фитнес-центр позаниматься. Ну а затем можем и поговорить…"

В "тренажерку" в 70 лет. Однако…
— Ну а что здесь такого? Привык поддерживать себя в форме. Зал недалеко от дома, два-три раза за неделю там бываю. В бассейне плаваю. Внукам пример подаю — пусть знают, что дед неплохо себя чувствует, а жизнь на пенсии не заканчивается.

— Жизнь в гандболе у вас удалась — и поиграли, и потренировали, и на административной работе зубы съели.
— Чего там, я карьерой доволен. Как в гандбол попал? Наш радиотехнический завод в Москве взял к себе команду "Труд", построил хороший зал. Олег Мазур, Юрий Лебедев, Коля Семенов, Жора Ларин и другие — с ними мне, юному парню, было за счастье тренироваться.

Главный тренер — Борис Акбашев, харизматичнейший человек. Он для меня на всю жизнь вторым отцом стал. Когда сам стал тренировать, постоянно был с ним на связи и всегда прислушивался к его советам. К нам на игры ходило все Кунцево. Ну а почему нет? У команды ярко выраженный стиль — техничный и изящный, играли за счет головы. Потом меня в армию призвали, служил в академии Дзержинского, там была команда, и я играл за нее. Ну и в "Кунцево", отдам должное, тоже разрешали тренироваться.

Уже затевались разговоры о ЦСКА, помаленьку собирали команду. Мне тоже предложили — Александр Гомельский, он тогда был тренером спорткомитета Вооруженных сил. Но я сказал, что моя душа в там, где меня воспитали и нигде, кроме "Кунцево", себя не представляю. Гомельскому ответ понравился: "Молодец, так и надо".

С "кунцами" я выиграл два чемпионата Союза. Чемпионат мира среди студентов в 1971 году проходил в Чехословакии. Прошло всего три года после памятных политических событий, и потому принимали сборную СССР, мягко говоря, неласково. Мы такого не ожидали. Очень тяжело было играть, но справились, заняли первое место. Потому на Олимпиаду в Мюнхен в составе сборной страны ехали в хорошем настроении. Считали, что многое можем. По сути, так и было. Споткнулись мы о тех же чехословаков, которых, положа руку на сердце, особенно серьезными соперниками и не считали. Недооценили. Один из первых моих жизненных уроков. Мы ведь уже видели себя заслуженными мастерами спорта, в пиджаках мысленно дырки под значки просверлили. И здесь р-раз — вместо медалей пятое место.

— Юрий Климов потом сказал, что итог был закономерным, тренировались вы довольно примитивно — по сравнению с теми же югославами, ставшими олимпийскими чемпионами.
— Я так не считаю. До Игр мы провели множество турниров и, как правило, везде брали первое-второе места. До сих пор уверен, что в Мюнхене мы могли быть и выше. В призерах точно. С первого места в нашей группе в финал вышли чехи. Правда, мысленно ставлю нас на их место, и думаю, нам тоже досталось бы серебро — уж больно здорово выглядели югославы.

Та Олимпиада вообще-то оставила гнетущее чувство — не столько из-за нашей неудачи, сколько из-за теракта против сборной Израиля. До него все было хорошо, немцы создали веселую и беззаботную атмосферу для участников и гостей Игр. А потом резко закрутили гайки.

Даже через несколько месяцев после мюнхенской трагедии, когда наше "Кунцево" поехало на товарищеские игры в Австрию, нас охраняли так, будто нам действительно угрожала опасность.

— Команда знаменитого тренера Акбашева в те времена была законодателем мод в советском гандболе?
—- Наши основные конкуренты из МАИ в основном напирали на силу. Например, лидер атак советского гандбола Володя Максимов очень любил бросать в область головы. То ли соперника пугал, то ли учитывал, что бросок "по ушам" трудно отбить. Да и вообще МАИ был командой мощной и тягучей. Защищались хорошо, особенно Юра Климов — через его блок почти невозможно было забросить.

"Кунцево" противопоставляло отличную техническую подготовку. Могли обыграть красиво, неожиданно бросить, закрутить комбинации, которых у нас было великое множество. Но, несмотря на это противостояние, жесткости и грубости в наших дерби, как сейчас это принято называть, не было.

— Не было и неприязни. Маевец Александр Кожухов пригласил "кунца" Луценко работать в федерацию гандбола.
— До сих пор благодарен гостренеру, очень хороший человек. Я год отработал в федерации, а потом предложили стать ассистентом Игоря Турчина в женской сборной страны. В Москве занимался оформлением документов, выездов на соревнования, а на сборы, которые проходили преимущественно в Киеве, ездил уже как второй тренер.

Турчин — молодец, пробил для своего киевского "Спартака" такие же условия, какие были у футболистов Лобановского. Это два тренера, которые могли войти к первому секретарю ЦК компартии Украины Щербицкому в любое время.

— Что вы знали к тому времени о Турчине?
— Ничего, кроме того, что у него отличная команда. Мы даже не были знакомы.

— И каким оказалось первое впечатление?
— Он полностью оправдал все свои характеристики, которые я получил от гандбольных людей. Очень сильный тренер и педагог. Очень жесткий. Если его что-то не устраивало, сразу же сообщал, невзирая на лица.

— Например?
— Мог запросто посоветовать главе Госкомспорта СССР Сергею Павлову не лезть не в свое дело. Мол, хотите первого места? Вы его получите, но для этого дайте мне свободу действий. И дальше перечислял, что требуется команде для качественной подготовки. Создайте условия — получите результат. В этом плане с ним было легко. Он много требовал от других, но и сам все отдавал для победы.

Или другой случай, свидетелем которого я был. Во время тренировки Турчин непременно оставлял помощника возле своей комнаты. Чтобы не пропускать важных телефонных звонков. Сам же по ходу занятий к трубке не подходил. И вот в самый разгар работы к Турчину подбегает взволнованный помощник: "Игорь Евдокимыч, вас из приемной Щербицкого просят!". В ответ тренер выдает тираду: "Еще раз отвлечешь — уволю! Ты же знаешь, во время тренировки я к телефону не подхожу! Передай, что через полчаса закончу, и тогда пусть набирают. Или сам перезвоню".

В этом был весь Турчин. За всю жизнь он ни разу не опоздал на тренировку и не допускал, чтобы кто-то не успел хоть на секунду. Дисциплина была жесткой, и все делалось в угоду результату.

Потому и питание было отличным, да и какой-то дефицит тоже можно было купить в специальных секциях магазинов. Об этом заботились в ЦК.

— Литовка Сигита Стречень жаловалась, что девочки не из Киева заходили в те отделы последними, когда практически ничего не оставалось.
— Удивлен. Все заказы делались заранее, размеры уточнялись, и товар привозили по списку. Так что не думаю, что кто-то чувствовал себя ущемленным.

— Та же Стречень говорила, что со спартаковками Турчин вел себя не в пример строже, нежели с теми, кто вызывался в сборную из других клубов.
— Это правда. Он всегда требовал от своих больше. Киевлянки воспринимали это как само собой разумеющееся, они нередко оставались после общей тренировки и работали еще час-полтора. На играх Турчин отправлял меня на дальний край скамейки — он руководил атакой, я защитой. На тренировке же, наоборот, доверял мне работать с девчатами в нападении. Тогда я только закончил играть и показывал девчатам броски, скресты и прочие приемы, которые мы применяли в "Кунцево" и в сборной страны.

С той же Стречень работали и после тренировок, и в свободные дни. Знаете, как бывает: у игрока есть бросок, а клубный тренер тем и довольствуется. Но ведь диапазон умений талантливого спортсмена можно и нужно расширить. Он тебе потом только спасибо скажет.

Сигита была самоотверженной девчонкой, всегда сражалась до конца, хотя с молодых лет мучилась с коленями. Да, характер непростой. Но у кого он легкий? У Лены Немашкало? У Наташи Тимошкиной?

— Представляю, сколько проблем вам приходилось улаживать, будучи вторым тренером в женской сборной.
— Девочки мне доверяли. Думаю, во многом потому, у меня всегда было свое мнение, за Турчиным хвостиком не ходил. Знаете, ведь мужики резкие слова в свой адрес воспринимают не так, как женщины. Мы это проще переносим. Если не вслух ответишь, так про себя — и уже легче, через пять минут все забыл. У женщин сложнее. Это и слезы, и уход с тренировки, и душевные метания…

Скажем, у Наташи Тимошкиной или у Тани Макарец случался конфликт с Турчиным. Рабочий, на тренировке. Ну что было делать, надо гасить. Садился и с каждой разговаривал по душам. Они хотели, чтобы слышали их, я старался донести то, что хотел сказать Турчин, но уже в мягкой форме. Что жизнь продолжается, что тренер хочет ей только добра, что ей дано больше, чем другим, потому с нее и спрос больше. И вообще она должна помогать тренеру, потому что мы — одна команда и за результат отвечаем вместе. Вспоминал какие-то свои истории, когда поступал похоже, а потом понимал, что погорячился и был неправ. Что иногда надо наступить на горло собственной песне ради общей цели.

— Правда, что Турчин никогда не кричал на супругу Зинаиду?
— Нет, она была как раз cреди первых, на кого он повышал голос. Зина, правда, никогда не отвечала. Они очень здорово разделяли понятия: где муж и жена, а где игрок и тренер. После тренировки или игры у них как у супругов были нормальные отношения независимо от того, что произошло на площадке. Но, конечно, Зина помогала Игорю в создании командной химии. Турчин всегда стремился, чтобы команда была едина, без деления по кучкам. Он даже старался селить вместе киевлянок и иногородних, чтобы девчата лучше узнавали одна другую.

— Гандболистка, которую можно поставить в пример по отношению к делу?
— Лариса Карлова. Вот с ней никогда не было проблем, делала все, что скажут. Очень работоспособная. А Зина Турчина была, считаю, гениальным игроком. Она играла головой, такие пасы в линию отдавала, что и мужчины могли позавидовать. Самыми выдающимися физическими данными обладала, на мой взгляд, Юлия Сафина. У нее было хорошее легкоатлетическое прошлое, и это сказывалось. Гандболистка жесткая, быстрая, с сильным и резким броском. Ой, как же нам не хватило ее на Олимпиаде в Сеуле…

— А что там приключилось?
— Последний сбор, через десять дней лететь Корею. Юле пришло известие, что заболел отец. Турчин не отпускал ее домой, но она все равно уехала. Должна была вернуться через два дня. Но не вернулась, и команда улетела без нее. Выйти на связь с Юлей тоже не удавалось. А ведь у нас под Сафину столько комбинаций было наиграно, она была в блестящей форме... На Играх стали третьими. А была бы Юля, думаю, ничто не помешало бы выиграть золото.

Перед этим не повезло с Лос-Анжелесом. Когда мы узнали, что СССР будет бойкотировать ту американскую Олимпиаду, просто руки опустили. Команда была так невероятно готова, что могла претендовать только на первое место.

— В Москве-80 оно осталось за вами.
— Ну там мы просто не дали шансов никому: ни немкам, ни югославкам, ни венгеркам, которые считались основными соперницами. По сути, они сосредоточились на борьбе только за призовые места.

— Восточные немцы тоже считали медали в общекомандном зачете. И делали все возможное, чтобы их было как можно больше.
— Вы на допинг намекаете? Очень даже может быть. Уж больно здоровые они были, даже в конце матчей носились, как заведенные. Мы — сто процентов — понятия не имели ни о каких стероидах. Работали на своем здоровье и хорошем питании. А немки да, странные были какие-то. Проигрывали нам, а потом не здоровались, выигрывали — кланялись. Мы даже не знали, как на это реагировать.

— Мужской сборной СССР одолеть тогда гандболистов ГДР в финале не удалось.
— Мне кажется, они повторили нашу мюнхенскую ошибку: рановато уверовали в победу. Знаю, что в Новогорске на вечер после финала уже готовили банкет.

— А вы что, тот успех отмечать не собирались?
— Даже речи не заводили. Поэтому все оказалось спонтанно. Всей командой поехали ко мне домой. Жена гостила у мамы, и потому в холодильнике было пусто, но как-то выкрутились. Расселись на полу и отметили наше золото. Получилось не хуже, чем в ресторане. Нам было все равно где, главное — с кем. Я же говорю — у нас была семья.

— Неужели в ней обходилось без залетов? В мужских командах у тренеров была вечной проблема спиртного, иногда парни оказывались в милиции…
— У нас такого, конечно, не было. Разве что один эпизод в Западной Германии. Приходим с Турчиным на обед и чувствуем, что все как-то напряжены. Девочки сумрачные, а за соседним столиком сидят два молодых человека. Оказалось, это полицейские, которые час назад задержали двух наших девчонок (фамилии, уж простите, не назову) в местном супермаркете. Показывают фотографии — они стащили с полки вещи. Какую-то мелочь, прельстившись тем, что магазин большой и никто за ними не наблюдал. Наивные…

— Как поступили?
— Для начала поговорили с полицейскими. На наше счастье, те оказались хорошими ребятами, бывшими гандболистами. Нашли общий язык. Они понимали, откуда мы приехали и почему девчонки совершили эту глупость. А на родине влепили провинившимся дисквалификации. Правда, небольшие. Они раскаялись, да и игроки были хорошие, нужные команде.

— Еще одна проблема для женских команд — альфонсы.
— О, Турчин ревностно за этим следил! Если команда сидела на сборе, то он никого оттуда не отпускал, никаких свиданий. Даже выставлял специальную охрану, чтобы мышь не проскочила. Он, кстати, разбирался в людях и мог сказать по прямоте характера любой ученице: "Ну с кем ты встречаешься? Зачем он тебе нужен?" И на самом деле — некоторые потом разводились. После спорта сразу становилось понятным, была там любовь или просто жизнь за счет известной спортсменки, которая зарабатывала хорошие для СССР деньги и вдобавок регулярно бывала за границей.

После Олимпиады в Сеуле нашу бронзу посчитали результатом неудовлетворительным. Турчина от руководства сборной отстранили. Я, понятно, ушел вместе с ним. Потом уже в должности начальника команды помогал Спартаку Мироновичу и Владимиру Максимову готовить к барселонскому золоту мужскую сборную. А затем курировал все российские команды.

Есть, конечно, о чем вспомнить. С какими людьми приходилось работать! Один Анатолий Евтушенко чего стоил. Володя Максимов потом сам стал главным тренером сборной и выиграл еще одну Олимпиаду, в Сиднее. Считаю, это выдающееся достижение: стать первым на Играх и как игрок, и как тренер.

Сейчас вот тоже за ребят болел — за Диму Торгованова, за Эдика Кокшарова. Да и за всю федерацию. У нас там сейчас, пусть не сочтут за лесть, очень правильный командир. Сергей Шишкарев сердцем переживает за все наши сборные.

Но знаете что? Те десять лет, которые провел плечом к плечу с Турчиным и его великой женской сборной СССР, считаю лучшими в жизни. Может, потому, что был моложе, чем сейчас?

— В прошлом году вам исполнилось 70. Но на вид столько никак не дашь.
— И не планировал отмечать ту дату, но был польщен, когда стали звонить в огромном количестве люди, с которыми пересекался в жизни. Даже не хочу перечислять всех, буду скромным. На самом деле приятно оставлять добрый след в чужой судьбе. Ведь, по сути, ничего особенного не делал, просто по мере возможностей помогал людям и старался не проходить мимо их проблем.

— А ведь вы единственный человек, который и теперь может собрать в одном месте "команду мечты" Игоря Турчина...
— И это моя ближайшая цель! Поддерживаю контакт почти со всеми девчатами. В курсе, кто где живет и чем занимается. Знаю, что все киевлянки по-прежнему дружны и регулярно собираются вместе. Требуется только поговорить с Зиной Турчиной, и она всех организует. Других из-за рубежа надо вытаскивать самому.

— На такое дело нужен спонсор.
— Сейчас с ними трудно. Но у меня есть хороший друг — Андрей Милованов. Он поддерживает ветеранов "Кунцево", помогает детско-юношескому гандболу. Думаю, не останется в стороне и здесь. Доберутся девчонки за свой счет, а в Москве найдем возможность и всех разместить, и время хорошо провести.

— Первый тост будет за…
— Это даже не обсуждается. Всегда, когда пересекаемся с кем-то из той сборной, поминаем Игоря Евдокимовича. Снова рассказывают, как он гонял их на тренировках, как присматривал за их личной жизнью. Как ненавидели они его тогда. А потом признаются: а ведь прав был во всем, только добра им хотел, а они — молодые да глупые — того не понимали…

Сергей Щурко, Быстрый центр 

504
Гандбольные команды Суперлиги

Мужчины

{{team.Name}}
{{team.Name}}

Женщины

{{team.Name}}
{{team.Name}}